Живя в новой стране или в своей стране, но с иностранцем, вы непременно столкнетесь с непониманием. Например, вас при всей вашей интеллигентности могут принять за грубиянку – просто потому, что, если перевести русское «дайте мне, пожалуйста» на немецкий, то получится достаточного грубая требовательная форма. И, чтобы не быть воспринятой превратно, надо говорить «не могли бы вы мне передать это». Что для нас, с нашей бессознательной нелюбовью к преувеличенной вежливости и манерности,  выглядит совсем неудобоваримо.

И ладно один раз, когда ты в гостях. Но встроить это в свой способ жизни очень сложно.

УГАДАТЕЛЬСТВО-СОГЛАШАТЕЛЬСТВО-ПРОСЬБА

Сейчас психология очень популярна, и что такое «я-послание», наверное, знают все. Пример: «Когда мне льют на ногу раскаленное олово,  я испытываю неимоверную боль. На мой взгляд, ты можешь быть более внимательным ко мне». Модель выражать свои чувства посредством «я-послания», которое, в принципе, считается хорошим форматом общения между близкими людьми, в глазах иностранца может выглядеть упреком.

В ответ на слова упрека они буквально становятся в борцовскую стойку и готовы биться до последнего.

Кроме того, это воспринимается еще и перебрасывание ответственности за свои чувства на другого. Так реагировали несколько человек, поэтому начинаешь задумываться о группе в целом.

Бесконфликтной формой взаимодействия считается просьба. Конкретная просьба и конкретное предложение. Впрочем, в ответ на них стоит ожидать отказа. Через «я не хочу быть обязанным делать то, что тебе нравится, я хочу иметь право отказывать, это дает мне возможность быть к тебе внимательным и делать все самое лучшее» выражается независимость немцев.

В России же очень распространены такие проявления любви, как «угадательство» и «соглашательство». Мы либо без слов пытаемся догадаться, чего хочет другой, и сделать ему «все хорошо», либо, если уж человек дошел до того, что попросил прямо, непременно соглашаемся. Поскольку отказывать – это уже совсем крайний случай. Это уж если попросили что-то совсем невозможное.

BORIS, ТЫ НЕ ПРАВ

Вот еще почти национальная русская черта: пытаться объяснить другому, в чем он не прав. Мы это делаем от широты душевной, и лишь в том случае, когда есть надежда, когда «человек-то хороший» и, значит, имеет смысл тратить на него силы и время. Иностранец же слова «ты не прав» воспринимает, как нападение на его границы, целостность, личность. Якобы это все говорит о том, что он плохой. Русский мужик скажет: «Ну вот такая я свинья, терпи меня или проваливай». Европеец же очень страдает, когда не получает обратной связи о том, что он – хороший. У европейских мужчин, в отличие от русских,  есть неуверенность, что они найдут хорошую девушку, жену. GermanПоэтому, с одной стороны, они готовы идти на компромисс, а с другой – чаще впадают в состояние «если я такой ужасный, зачем я тебе и себе нужен».

Немецкие мужчины очень не любят быть плохими, они гораздо больше русских, на мой взгляд, стремятся быть хорошими мужьями, отцами, членами общества и так далее.

КОЛЛЕКТИВНОЕ СОЗНАТЕЛЬНОЕ

Общение с друзьями у немцев не похоже на русские «беседы по душам» — оно окрашено в радужные тона и достаточно легкое по эмоциональному содержанию. Это как расширенная версия small talk – светской беседы. Беседы обо всем на свете, включая политику, спорт, воспитание детей, социальные вопросы, заполнение налоговых деклараций. Так называемый «эбаутизм» (we talk about it) без углубления в личные переживания участников разговора.

Немцы привыкли проводить много времени в группах. В каждой группе принято заботиться о каждом ее члене. Если кто-то выпадает из разговора, то его стараются привлечь. Если 20 человек курят и один не курит, то, скорее всего, к нему прислушаются, а не задавят большинством.

Коллективизм в России другой: очень сильна коллективная поддержка – дать в долг, выручить в трудной ситуации, воспользоваться связями. Даже узнавать что-то принято не через интернет, а связавшись с человеком, который про это что-то знает, был где-то или занимался чем-то. Или знает людей, которые знают…

А ВОТ ПОМОЧЬ МАТЕРИАЛЬНО…

Небольшой исторический экскурс. В средние века в католической Европе женщина, вступая в брак, теряла некоторые гражданские права, например, право иметь собственность. И мужчина не мог поделиться с ней деньгами, даже если хотел, такие уж были устои и нравы. Европейцу очень сложно давать женщине деньги, даже если он этого хочет – это как переступить через все, чему тебя учили. Если в России спокойно можно ожидать, что мужчина будет отдавать часть дохода на компенсацию гендерного неравенства, то в Европе это как-то совсем не принято. У каждого свои деньги. И вполне нормально, если муж одевается от Прада, а жена – в H&M. И если в России очевидно, что супруги будут поддерживать друг друга во время болезни и при потере работы, то в Европе этим занимается государство.

Geman_wСупруги не обязаны помогать друг другу материально. Русская женщина такой подход воспринимает, как нежелание заботиться о ней, быть каменной стеной. Немецкий же мужчина в ответ на это обижается: ты, мол, бросаешь меня зарабатывать деньги в одиночку.

В заключение хочется вспомнить один научный эксперимент. Люди играли в одну и ту же игру, но разговаривать друг с другом им запрещалось, а правила на старте были предложены разные. По результатам интервью сразу после игры ее участники  называли друг друга «испорченными», «сумасшедшими» или по крайней мере странными. То же самое случается с нами, когда мы играем по разным выученным социальным правилам, пусть и негласным. Но стоит только понять, что это не человек «неправильный», а правила разные, то сразу становится легче. Потому что правила всегда можно описать, прочитать и постараться понять. Или просто принять.

Автор: